Укрепляюсь только верой...

Святейший Патриарх Павел, пока не попал в больницу, служил каждый день, когда по уставу полагалось совершать Божественную Литургию. Он очень любил проповеди, каждая его Литургия была не только приношением Евхаристии, но и Литургией речи. Он учил самому главному — вере, любви, — и всегда его поучения были очень краткими. В основном это были толкования евангельских сюжетов, которые читали на Литургии.
       (...) Патриарх мало спал и любил служить очень рано. Как правило, начинал с шести утра или с половины седьмого. Позднюю Литургию начинал только на великие двунадесятые праздники или когда организовывалась трансляция в СМИ. Почти всегда служил Литургию иерейским чином.
       (...) Он любил служить один, без диакона. Сам совершал проскомидию.
       (...) В последние годы перед моим назначением в Россию я старался ему помогать. Надо мной Святейший Патриарх совершил последнюю архиерейскую хиротонию.
       Он много рукополагал и всегда тщательно знакомился с кандидатом, который хотел начать ответственное служение в Церкви Божией. Рукоположению предшествовали долгое совместное общение, богослужения, исповедь.
Патриарх Павел не рукополагал, если были какие-то препятствия к принятию сана — смертный грех или ситуации, описанные в уставе. Он часто говорил в таких случаях: «Святым Вы можете стать, потому что все мы призваны стать святыми, но священником — никогда».
       (...) Он был очень скромным человеком. Очень немного ел и пил и вообще старался довольствоваться малым. Часто во время поездок в номерах гостиниц, где были удобные и даже роскошные кровати, он спал сидя в кресле. И служащие удивлялись, когда обнаруживали, что кровать в номере Патриарха оставалась заправленной с вечера, и недоумевали: «Где же он спал?»
       У Святейшего было два облачения, которые он сам стирал, гладил и укладывал в чемоданчик для путешествий. Никому не позволял помогать себе собираться в дорогу. Всегда сам одевался и шел или ехал служить.
       (...) Что касается поездок, то он пользовался патриаршим транспортом только во время официальных визитов. А если просто хотел послужить где-то недалеко от Белграда — садился в общественный транспорт, ехал на автобусе или трамвае. Люди, сидящие рядом, с ним общались, задавали вопросы, и он всегда очень тщательно отвечал, иногда с юмором.
       (...) Всегда разделял время: 4 часа для сна, 4 — для умственной работы, 4 — для физической, 4 — для молитвы... Патриарх занимался очень разными делами. Бывало, занимался в Патриархии ремонтными работами, чинил замки, электропроводку.
       (...) Был очень экономным человеком. Например, вечером он часто выходил на террасу здания Патриархии или становился рядом с ней, чтобы читать при свете городских фонарей, чтобы не жечь электричество еще и в здании. Нередко в Патриархии гасил свет, если кто-то по забывчивости оставлял его включенным.
Святейший Патриарх очень много писал. В основном занимался ли-тургикой, толкованиями Евангелия. Исследовал особенности так называемых «движимых праздников», традиции богослужения в различных Церквах. Очень глубоко знал творения Отцов Церкви, церковные каноны и устав.
      (...) Очень много исповедовал простой народ. Были дни, когда в домовом храме Патриархии все желающие могли прийти к Патриарху на исповедь. Он принимал всех.»
Епископ Моравичский Антоний (Пантелич)